Брагин вернулся в Петербург, отвыкнув от кабинетных стен за год работы в командировке. Карьерный лифт уже ждал его, суля должность начальника, но мысль о бесконечных отчетах и совещаниях вызывала у него лишь тоску. Юрий был тем следователем, который верит запахам и взглядам больше, чем протоколам, его место было там, где случалось преступление.
Случай не заставил себя ждать. В пригороде одна за другой стали погибать молодые женщины. Местные, связанные невидимой паутиной родства и общих секретов, встретили приезжего специалиста ледяным молчанием. Каждый разговор упирался в глухую стену, каждый взгляд скользил мимо. Брагин, привыкший к логике улик, вдруг оказался в игре, где правила писали не закон, а тихий сговор маленького города, сплоченного против чужого.